июль-сентябрь, 2017
Маршалл, Арканзас. Оставьте свои имена в промасленном журнале реестра, насладитесь уникальной природой южного штата, купите дом на болотах, вступите в ковен...
...получите способность воскрешать мертвых, умрите на тыквенном поле или проиграйте душу дьяволу в дневной партии в бридж.

Marshall. Southern Gothic

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marshall. Southern Gothic » rattling bones » Абнер Кинг, безработный


Абнер Кинг, безработный

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

— АБНЕР УИЛЬЯМ КИНГ, 37 —
31.07.1980
безработный

http://s5.uploads.ru/0armL.jpg http://sd.uploads.ru/bQ3he.gif http://s3.uploads.ru/71Nti.jpg
sam rockwell


О ПЕРСОНАЖЕ
Спросите любого про Эбби - вам ответят: лучше не знать.

Эбби - это выстрелы в воздух и нож в сапоге, русская рулетка с пустым барабаном револьвера, необычайно помойный рот - всегда нечищенный, полный пожелтевших зубов (чуть меньше, чем тридцать два) и громких грязных слов (никогда за зубами не помещаются, обязательно что-то да вывалится).
Эбби весь неровный, щербатый, мешок неоднократно переломанных - даже родным братом - и неправильно сросшихся костей.   

Он и его семья - сердцевина северного района, часть маршалловского шрама. Как Эбби не может представить себя без Маршалла, Маршалл тоже нельзя представить без Эбби.

Как его только не клеймят: преступником (не сидел ни разу, только платил штрафы за вандализм), сатанистом (их семья давно не ходит в церковь), отцеубийцей (они помнят их громкие скандалы) - Эбби ничего не отрицает, подтверждать не спешит.


Джетро Кинг, его отец, считает (считал) свой дом своей крепостью, и Эбби сложно было с ним не согласиться: их коттедж на сваях, стоящий на окраине северного района, возник раньше самого Маршалла и пережил как минимум три войны, одна из них - гражданская. В их семье любят эту историю, особенно дядя Фрэнк: твой пра(пра-пра-пра?)дед Абнер, говорит он, лично отстреливал этих ебаных янки, когда они пришли обворовывать его дом. Поэтому твоя семья всё ещё здесь, Эйб, пусть ту войну мы и проиграли.
Это - наша земля.

Их земля для Эбби - это чуть меньше сорока акров чернозема, подлизываемых с севера болотистой местностью, и воевать Кингам практически не с кем, разве что с грибком, сорной травой и насекомыми. Иногда они стреляют в уток, но утки, подмечает отец, полезны тем, что жрут насекомых и срут. Дядя Фрэнк говорит, что полей раньше было намного больше, выращивали не рис, а хлопок, и там горбатились ниггеры.

Ниггеры, впрочем, у них работают до сих пор, и красножопые тоже. Отцу, в общем-то, не нравятся ни те, ни другие (отцу никто в этом городе не нравится, если подумать); хотя ниггеры, конечно, сильнее - но что поделать, сейчас все нормальные бегут к Крейнам, ведь они больше платят. Вместе с ними здесь горбатятся отец, иногда Фрэнк, мистер Хиббард и мистер Кокрам, Джесси и Дэн. И, в скором времени, Эбби. И Кейси, пацан Ворренов с Брюэр-стрит - он нравится маме. Эбби с ней, впрочем, согласен - с Кейси весело. Эбби липнет к нему как репей. 


Если подумать, то Кейси не нужен Эйбу и Эйб не нужен Кейси (с этим в первую очередь согласны их отцы, напряжение между которыми растет из года в год). Каждый из них идёт по своей скользкой дорожке, но вместе - они катятся по ней кубарем, стремительно и неотвратимо. Наблюдать за их дружбой - словно стать свидетелем автокатастрофы. Разве не круто?

Зато есть, что вспомнить.

Случай номер один. Они хоронят кота Кейси в болоте. Намного позже хоронят и чужую собаку, которую Кейс пристрелил. Видели б вы его рожу в этот момент! Миссис Триббл подняла такой кипиш!

Случай номер два. Они жгут мусор. Аэрозольный баллончик выстреливает в висок невезучему бомжу. На его рожу лучше не смотреть. Это не последний случай с кострами и бомжами.

Случай номер три. Тупой, медленный Тони пытается поспеть за Эйбом и Кейсом повсюду. Они бегут, не оборачиваясь - Тони плетется за ними хвостом и просит его подождать. Тони вообще постоянно ноет, канючит и всегда просит о помощи, просит и в этот раз, хотя никто его на крышу не звал. Эйб именно поэтому не спешит, и туша Энтони ожидаемо летит вниз. С тех пор Тони стал еще тупее и медленнее. Сам виноват!

Случай номер четыре. Кейси приводит на болото какую-то девку. Девки и топи - хуевое сочетание. Ебучая Сара. Как хорошо, что потом она все равно сдохла.

Случай номер N. Проволока пролезает в небольшую щель неисправного окна автомобиля. Эйб упорен - минут через десять ему все-таки удаётся поддеть пластмассовую пипку замка - и вот они уже в машине мистера Пиклза.

Случай номер N+1. Козья пизда почти не отличается от обычной. Времени - пять часов до рассвета. У них разделение труда: Кейс чертит пентаграмму и пишет на латыни на заборе ("это че за слова выебистые? ты дебил? все же сразу поймут, что это ты. а ну дай сюда!" говорит Эйб и пишет поверх "666 FVCK YOV"), Эйб - голым (не запачкайся) распарывает козу ножом. Позже скажут, что это были сатанисты. Кейс не пьет ещё неделю. Эйб надеется, что на хуе не выскочит бородавка или что-то вроде того.


Мать медленно умирает от какой-то хвори. Отец возит ее в больницу в соседний город, но все бестолку: она тает, как свечка. Разрешения хоронить ее рядом с семьей Кингов на кладбище отец достать так и не может, и, плюнув на все, тот решает тихо, без церемоний, уложить ее тело в болото. Он даже не зовет врача засвидетельствовать смерть, не зовет родственников (у нее родственников нет, его братья все равно узнают потом), не покупает гроб: просто моет ее, плачет, одевает в свадебное платье, плачет, дает попрощаться с ней детям, и уносит на руках в гребаное болото.


Он говорит:
- В болоте тела, ну того… это самое. Мамофицируются.
Кейси его уже не поправляет.
- Хули ты ржешь. Я слышал это на биологии, без пизды.
- Ты ходишь на биологию?
- Иди нахуй.


Эбби старается лишний раз не попадаться отцу на глаза, и все больше времени проводит с Кейси и Марком. Близнецы торчат дома - под присмотром сестры. Эбби, Марк и Кейси торчат на бейсбольном поле под присмотром тренера. Кейси с битой (у него не было шансов стоять без биты) выглядит внушительно - но это только пока. Эйб растет по дюйму в месяц (ему так кажется), у него растет круг интересов (он уверен), круг знакомых (с ним знакомится не жирная и не уродливая девочка из параллельного), даже личная библиотека (спиздил книжку из дома Ворренов).

Мистер Воррен приходит забрать свою книгу лично, зажав в левой руке ухо сына. Он остается на чай, потом - на коньяк, и, впервые после смерти жены, отец выглядит воодушевленным: мистер Воррен как-то подобрал ключик к сердечку мистера Кинга - ожидаемо, через болото. Они вместе ходят к мэру с какими-то чертежами и картами, сидят на кухне с какими-то бумажками, на столе периодически мелькают какие-то (скромные) пачки денег. Эбби с кухни шугают, но он и не против: больше времени тусить с Кейси на улице, без присмотра.

Когда Воррены уезжают из Маршалла, отец плюет им вслед, комкая просаленную карту болот в широком кулаке. Называет предателями. Весь Маршалл мерещится ему врагом.
После отъезда Кейси Эйбу почти не тоскливо: возможно, оно и к лучшему. В школу ему ходить уже точно больше незачем.


Воздух пахнет громкой, кровавой взбучкой. Дуэйн утирает слезы Дэйви, отец закатывает рукава, Марк кричит, что убьет священника, - но первым за разделочный нож хватается Эбби: зачем ломать руки, которые трогают там, где несовершеннолетних мальчишек трогать запрещено законом, если можно их раз и навсегда отрезать. Когда отец отнимает нож, Эйб не теряется - берет дробовик.   

Отец бьет его так, что Эйб теряет сознание, а когда приходит в себя, то не находит ни отца, ни Марка - оба сидят в полицейском участке. Дробовик лежит на полу, разряженный.

Марка отпускают через несколько часов, но вот от отца не отцепляются ещё долго: шериф давно уверен, что Кинг-старший виновен в пропаже его, Кинга, собственной жены, и любой повод кажется ему достаточно хорошим, чтобы помянуть старое.

Эйб и Марк знают правду, но никогда никому не скажут - шериф прав только отчасти.


Белые воротнички обивают порог их дома, шуршат бумагами, стучат в дверь - зря стараются, до старшего Кинга им не достучаться, уж Эйб с Марком пытались. Эбби даже не интересно, что они хотят - то ли что-то купить (землю), то ли что-то забрать (землю), но по жирным рожам видно - ничего хорошего. Через молочную пелену самогона до отца сложно добраться с такими стремными проблемами.


Ферма уменьшается так же стремительно, как и поголовье в их семье: пока болото заглатывает рис, самогон - отца, уменьшающиеся урожаи - доход, отсутствие денег прогоняет последних работников с полей, а отсутствие перспектив - Марка из города. Эбби даже не замечает, когда пропадает из их дома Элайза, запертый в круговороте дел: пикап - магазин - банк - долговые расписки отца - банк - рынок - пивной - пикап - один акр риса - посмотреть на дробовик в сарае - пикап - рынок - банк - ликеро-водочный. Где-то Элайза и потерялась. Она всегда стремилась потеряться: в церковном хоре (отец запретил ей потом туда ходить), в школьных фотографиях, на семейных ужинах, на выходных у подружки дома, на месяц в соседнем поселке на подработке (зачем ей столько денег?).

Близнецы не теряются - они торчат через несколько кварталов друг от друга у своих баб. Хоть у кого-то все хорошо, крестится Эйб, перед тем как снова загрузить жалкий мешок с урожаем в пикап. С рабочими местами и бабами у него не очень: и с тех, и с других его гоняют какие-то бородатые мужики, и каждый раз приходится возвращаться к мешкам и проржавевшему пикапу.

Однажды Эбби теряет сознание: первый припадок настигает его прямо за кассой бензоколонки, пугая посетителей и начальника. Эпилепсия, позже говорит доктор. Да одержимый какой-то, говорят соседи. На кассе его больше не ждут, и найти работу становится ещё сложнее.


Он снимает девочку и просит её харкнуть ему в рот - вместо этого она говорит, что он смешной, сгребает его щеки и целует их. И, конечно же, она не сядет ему на лицо.
Эбби сожалеет: бедра у нее хорошие, крепкие (пожалуйста, раскроши мой череп).

Она жует розовую жвачку и пахнет дурным клубничным шейком.
- Че будешь делать?
- Ебать тебя, че еще, - Эбби откладывает рекламную брошюру со скидочными купонами из соседнего (единственного в городе) супермаркета и ножницы, выразительно поднимая недоуменный взгляд.
- Не, - лопается жвачный пузырь. - С землей. Когда твой батя отъедет.
Эбби пожимает плечами.


Пикап перестает заводиться аккурат тогда, когда Эбби перестает посещать болото, бывшее засевной территорией. Он начинает выбирать женщин постарше (меньше конкуренции и лучше готовят), а работу - потяжелее (меньше конкуренции, да и закончились на этом плюсы). С постоянством теперь не получается по его собственной вине, но его это уже мало заботит: между отцом, пребывающем в белой горячке, и Марком, приезжающим на сверкающем грузовике только для того, чтобы снова попасть в участок за хуйню, Эйб чувствует себя самым ответственным и адекватным. И эта ответственность тяготит, и он не знает что с ней делать, и потому делает все, что в его силах: вбивает по ночам гвозди в деревья на территории, принадлежащей раньше их семье, а теперь - лесопилке (близнецы рады помочь), тихо матерясь; копит стеклянные банки с собственной ссаниной, чтобы закидать ими потом машину нового мэра (куда гаже старого); тихо сливает жидкость из коктейлей молотова, заготовленных близнецами (им еще рано таким заниматься).

Он опять приходит к мэру и на этот раз говорит честно: топи тронут только через его, Эйба, труп, а за его труп Хантер по справедливой математике Кингов заплатит трупом своим. Шутка. Никаких трупов. Для начала Кинг просто нассыт ему на лицо.

Из ратуши Абнера Кинга - возмущенно кричащего, с расстегнутой ширинкой - тащат волоком и лепят штраф. Марк устало вздыхает, ведь платить придётся ему: Эйб давно уже не работает.
 
Возможно, Кингов можно назвать эко-террористами.
Никто из них таких слов не знал даже, Эбби, школу не окончивший, не знает тем более. Он кладёт его на язык и никак не распробует ни “эко”, ни “терроризм” - ложится плохо и пресно, не задерживаясь в уме. Не то, что Эбби: после него всегда остаётся едкое, солоноватое, с трудом забываемое послевкусие. Девочки соврать не дадут. 
Для него все просто.

У Эбби нет возвышенных мотивов, очень даже приземленные, и дело даже не в отце.
Он живет рядом с болотом, он вместе с болотом рос и знает его как свои пять неоднократно сломанных пальцев; он этим болотом дышит. Люди, которые приходят к нему, чтобы присоединиться к его миссии: какие-то патлатые и разукрашенные, с которыми он даже не разговаривает - похожи на чумных гомиков,  малолетки с маленькими сиськами и стопками бумажек (на подпись!!) и листовок (для общественности!!), другие идейные - в общей массе странные и громкие, все эти люди его мало интересуют. Интерес он начинает проявлять тогда, когда к нему приходит серьезный на вид жид, в очках и галстуке - юрист, представляется он, лучший в этом деле юрист. Какое такое это дело Эйб не уточняет - он давно выучил, меньше разговариваешь - меньше давать показаний в суде.


Эбби плохо спит в последнее время: сказываются полуночные посиделки с заинтересованными в сохранении болот согражданами, его злоупотребление спиртным (за пинтой темного врач сказал, что с эпилепсией можно хоть колоться, лишь бы без похмелья), его отец.

Он просыпается посреди ночи, голова раскалывается, он достает из целлофанового пакета свернутую индейцами сигарету, курит на крыльце.
Смотрит на болото. Болото мерцает огнями.

В начале июля он точно так же проснулся, чтобы увидеть уходящий в топь силуэт отца. С тех пор он видит его каждую ночь: отец стоит перед ним, отец смотрит ему в глаза.
Отец говорит с ним.

Отец произносит одними губами: храни болото, и оно тебя сохранит.

Иди нахуй, вслух отвечает ему Эбби и пришлепывает комара.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО
►умеет стрелять из дробовика, револьвера, охотничьего ружья; может снять шкуру с зайца без помощи ножа
►эпилептик; первый припадок случился в 2007 году, далее припадки случаются с периодичностью раз в полгода-год, не чаще; припадки сложные парциальные, провоцирующий фактор не выявлен; принимает таблетки, которые снижают вероятность возникновения повторных приступов и толерантность к алкоголю
►живет за счёт младших братьев (и отцовской пенсии - до июля 2017), раньше получал пособие по безработице, когда подрабатывал
►лекарства оплачиваются за счёт штата
►часто оказывается экстремальных ситуациях, подстрекаемых им самим 
►пытался выращивать марихуану на чердаке и продавать её школьникам, пока Марк не вынес горшки из дома
►был кэтчером в школьной бейсбольной команде, пока Марк не сломал ему руку
►обожает ебаться, ему не важно с кем, как и где; разве что под ниггера не ляжет только, малолеток тоже научился посылать нахрен; обожает удавки
►расист

ОБ ИГРОКЕ

связь:
телеграм у Крейна

пожелания к игре
давайте уже организуем культ болота; если загуляю - бросайте в топи и только туда, воссоедините с родителями

Пробный пост

— Помнишь время, когда “поехать на Карибы” звучало… клево? Ну знаешь, пальмы, плантации марихуаны, слабенькой такой, чтобы забивать косяки размером с мой хер, сладкие коктейли, тающие во рту, — Эдвин выуживает лед из стакана, роняя трубочки и декоративный зонтик, размазывает подтаявшие кубики по лицу, — и лазурное побережье, как стекляха Бомбейского сапфира, типа, рай на земле, где Джеймс Бонд бежит за доктором Ноу, попутно склеивая томных знойных женщин. Помнишь? Мы смотрели как-то. И че мы имеем сейчас?

Он, не глядя, роняет вялый жест в сторону окна. За пуленепробиваемым стеклом — поле битвы очередного урагана с огрызками цивилизации: пляжи, усыпанные сорванными билбордами, кусками шифера и обломками деревьев, стволы которых не успела еще разъесть мертвая отравленная вода; улицы, заполненные людьми, которым некуда идти; улицы, захламленные мусором, который некуда девать с этого островка.

— Стоило нам съебаться из Лондона, Гватемала опять берется за старое и решает отхуячить себе кусок Белиза; “Александра, приди, порядок наведи!”, кричат бедные белизцы, “мало того, что нас Мексика в сраку имеет, так тут на границе войска разворачивают!”. А что нам Белиз? Всрался, думаешь? Мохито у них, конечно, вкусный. Приезжаешь сюда, решаешь, что хоть тут отдохнешь спокойно — мы назначаем вам референдум, можете пиздовать на все четыре стороны свободной от короны республикой, вы же уже сорок лет на мозги этим капаете — но теперь-то нет, конечно, зачем нам республика, когда у нас такая славная королева, у которой столько славного бабла в казне.     

Эдвин переворачивается на спину и свешивает голову с кровати, шлепая на грудь нагревшийся планшет, и морщится, страдая на отходняках. Перевернутый Марти тоже выглядит довольно сморщенным, скуксившимся, жмурится, будто каждый звук приносит ему физический дискомфорт.

— Ты уснул? — гаркает в его сторону Эдвин, потому что считает, что не должен страдать в одиночку. Смотрит в планшет, в который уже пять часов к ряду пытается извергнуть свои дипломатические навыки — получается только пару капель.

ПОСЛАНИЕ ОТ ПРИНЦА ЭДВИНА ГЕНЕРАЛУ-ГУБЕРНАТОРУ ЯМАЙКИ! (;

Вау! Как вы меня заебали!

Стирает.
На каждом острове одно и то же.
Кто-то должен делать эту муторную, неоплачиваемую работу за него, какой-то специально обученный человек, не важно какой степени органичности; но Эдвин наотрез отказывается передавать кому-то стороннему свои личные представительские обязанности — если и придется отвечать за ошибки, то только за свои.

Вау!

— Марти, я не знаю, что дальше писать.

Эдвин лежит — в рубашке и трусах, потеет — и ультимативно заявляет, что писать ничего не будет, потому что чувствует себя стесненным. Марти, выглядящий очень заебанным, раздевает его, наклоняется, с трудом расстегивает мелкие пуговицы крупными пальцами, ну давай, блять, уже, подними руки.

Орет попугай, один из сотни выживших, подаренный властями города по приезду, местная реликвия, — непонятно, как такая маленькая птица может производить столько децибел, перхоти и говна.   

Орет Эдвин — уже на попугая — в принципе, производит столько же, если не больше, с ним давно все понятно.

На стене картина — танцующие пышные черные женщины — свадебный подарок для молодожен (где же его крошка? Крошку доебало солнце, мокрый воздух и обилие пышных черных женщин еще в Белизе, так и сказала, “меня все доебало, Эдвин, я не поеду”, крошка, кого здесь все не доебало?). Холст, масло — таким уже никто не пользуется, потому что достать это сложно.

(Задачка: сколько часов символически оплачиваемого труда ямайцев понадобилось, чтобы сделать краску для этой картины в люкс-номере принца? Сколько из них померло от рака? Пустили ли их трупы тоже на краску? Марти, из чего делают краску?).

Попугай, вылетевший из клетки, уже успел оставить жидкое белое пятно на одном из темнокожих нарисованных лиц.

— Марти, помоги мне. Мне нужно вдохновение.

Отредактировано Abner King (15-07-2018 16:47:15)

+4

2

http://s7.uploads.ru/XBGmt.jpg
добро пожаловать в Маршалл, основан в 1847 году
Jeremiah 8:20 «The harvest is past, the summer has ended, and we are not saved».


Полезные ссылки:

Заполнение профиля
Вопросы к администрации
Отсутствие и уход

Координация и поиск партнёра
Шаблон для эпизодов
Закрытие эпизодов

0


Вы здесь » Marshall. Southern Gothic » rattling bones » Абнер Кинг, безработный


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC